Альтернатива

В политике побеждают разум и холодный расчет. А холодный расчет показывает, что чем больше будет у России газопроводов в Европу (а заодно и в Азию), тем труднее будет нашим друзьям и партнерам из Вашингтона строить козни, взрывающие проект большой Евразии (от Лиссабона до Куала-Лумпура). Если же России удастся вместе с союзниками (ситуативными – других не бывает) реализовать проект большой Евразии, США окажутся на задворках мировой торговли, а значит, и экономики, и политики. И вернутся в нормальный для них формат регионального лидера Северной Америки, но не более того.

Серые ничего не могут и не желают создавать. Их идея – неограниченное потребление. Поэтому серым не нужен порядок, им не надо государство. Стихия серых – анархичная махновская вольница. А чёрные тоже требуют подчинять свои интересы интересам державы. В этом отношении чёрные, куда более требовательны, чем белые, красные и уж тем более чем разноцветные. Для чёрных государство-нация является абсолютной ценностью. Серых же интересует возможность не работать, но иметь всё, что может себе представить их убогое воображение, избавиться от разного рода начальников, а также от непонятных им «умников», от которых толку никакого, а живут они почему-то лучше серейшего из серых, и зажить счастливой жизнью особи у которой горло переходит в прямую кишку, минуя желудок. Обязанности перед государством для серых обременительны.

Прихрамывающий на выход из большой политики президент США Барак Обама в течение декабря месяца несколько раз пытался спровоцировать дипломатический конфликт между Россией и США. Понятно, что делается это с целью осложнить намеченную избранным президентом США Дональдом Трампом переориентацию американской внешней политики с конфликта с Россией на конфликт с Китаем. Следовательно, речь идёт не о мелкой мести жалкого неудачника, но о системных действиях всё ещё очень сильной и влиятельной группы глобалистов, представляющей примерно половину американской расколотой элиты.

Однако уже сегодня можно сказать, что у Вашингтона не сложилось. ЕС практически заблокировал договор о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве (TTИП). Аналогичное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП) также рискует не вступить в силу. Его ратификацию уже приостановил Вьетнам. В пользу пересмотра ТТП и подготовки нового договора высказался президент Перу. Соглашения ТТИП и ТТП не случайно терпят крах. Подчинение экономик Европы и Юго-Восточной Азии Вашингтону имело смысл только в том случае, если бы США реально смогли блокировать трансевразийский маршрут.

Фактический военно-политический союз России и Китая существует уже давно и ни для кого не является секретом. Неоднократно возникали слухи о его возможной формализации. Но на только что завершившемся саммите G20 лидер КНР впервые заявил о необходимости "оформить отношения" настолько открыто, насколько это вообще позволяет китайская политическая и дипломатическая традиция.

Именно руководители украинского государства сделали всё возможное, чтобы на корню уничтожить народное сопротивление путчу – блокировать активных, запугать осторожных и развязать руки майданному террору ещё до победы путча. Без них бы сами путчисты, даже при помощи американских и европейских инструкторов и даже опираясь на сотни предателей в рядах госаппарата и силовых структур с задачей захвата власти не справились бы. И вот после трёх лет бессмысленного нытья на нудных междусобойчиках, после отчаянной борьбы за пост лидера эмиграции (они бы с путчем так вдохновенно боролись) политические трупы из бывших явились в московский суд и потребовали признать события февраля месяца 2014 года в Киеве государственным переворотом.

Власть Порошенко так слаба и непопулярна, что о шансе досидеть до 2019 года говорить не приходится. Раз уж США заставили МВФ срочно выдать Киеву миллиард долларов в средине сентября, чтобы Порошенко продержался до выборов президента США 8 ноября, значит даже в Вашингтоне не уверены в способности Порошенко досидеть до Нового (2017) года. Опасность (а я бы сказал – неизбежность) нацистского переворота, ведущего к разрушению минской конструкции и резкому обострению ситуации на Украине (в том числе и возможному возникновению проблем с транзитом газа), существует уже. Начиная с сентября она крайне высока (мятеж возможен в любой момент).

Выступая в четверг на ежегодной коллегии ФСБ, президент России Владимир Путин особо выделил ситуацию на юго-востоке Украины. По мнению президента, украинские власти умышленно обостряют ситуацию в зоне конфликта в Донбассе, чтобы сорвать Минские соглашения, делая ставку на силовое решение проблемы. Глава государства также подчеркнул, что киевские власти "открыто говорят об организации диверсионно-террористической, подрывной работы, в том числе и в России".

При этом кто бы на каком этапе ни побеждал, результат всё равно один – диктатура, как последняя попытка удержать центральную власть и единство страны, а затем распад. От степени жестокости диктатуры зависит только её способность продержаться чуть дольше (при сокращающемся контроле над территориями) или чуть меньше, а также количество убитых. Неизбежность распада определяется не степенью жесткости или мягкости режима, не его внешнеполитической ориентацией, а исключительно отсутствием внутреннего ресурса на поддержание украинской государственности и нежеланием, да и неспособностью никого из внешних игроков взять её на содержание.

Владислав Павлов и Ростислав Ищенко о провале второго раунда переговоров в Минске, безвыходном положении Порошенко и сомалийском будущем Украины.

Тем не менее, мысль о неизбежности крупной (с массовыми жертвами) провокации настойчиво внедряется в украинское общество. На примере Одессы, а теперь уже и Киева мы видим, что различные политические силы пытаются выстроить свою политическую и информационную кампанию таким образом, чтобы, в случае, если провокация состоится, она не только не нанесла им ущерб, но могла бы быть использована для укрепления собственных позиций. Пока ещё их разнонаправленные усилия позволяют блокировать усилия провокаторов. Однако мы всё ближе подходим к тому этапу, когда все они, как жители «Вороньей слободки», «застрахуют имущество» и будут уверены, что провокация несёт им не угрозу, а успех. Вот тогда и запылает украинский дом, «подожжённый сразу с шести концов».

Переворот произошёл. Немногочисленные реальные (а не декларативные) пророссийские силы на Украине объявлены вне закона и находятся в могиле, в подполье, в тюрьме или в эмиграции. В Донбассе началась карательная военная операция против недостаточно проевропейски настроенных жителей, моментально перешедшая в формат гражданской войны. Всё это вместе объявлено российской агрессией. За год, к февралю 2015-го, украинская армия потерпела два катастрофических поражения. Жить стало значительно «веселее», но намного хуже. А в ЕС не только не принимают, но оказывается даже не обещали. Стратегический симулякр стал трещать по швам.

Ростислав Ищенко говорит о политических и экономических выгодах от федерализации для любой украинской власти. О том, что децентрализация важна, прежде всего, для центральной власти.

Фактически мы имеем дело с гражданской войной, начинающейся на территории Украины, подконтрольной Киеву. Причём этот этап гражданской войны утрачивает идеологический характер (какой имел первый этап, локализованный в Донбассе). Война за выбор будущего перетекает в войну за ресурсы, необходимые для выживания в настоящем. Это можно назвать как угодно, но только не майданом. Термин "третий майдан" используется киевскими пропагандистами для того, чтобы потенциальные путчисты могли получить поддержку жителей столицы, привыкших к тому, что майдан — это хорошо, и считающих его почти легитимным способом смены власти.

Время, отведённое действующей власти, неумолимо сжимается. Не важно, сметёт ли её «волна народного гнева» или спокойно отправят в тюрьму оппоненты. Важен факт: хоть чучелком, хоть тушкой, но эта власть вынуждена будет уйти. И гораздо раньше, чем предполагает.

В начале 2014 года, сразу после государственного переворота на Украине и даже после начала гражданской войны никто не думал, что ужасный конец превратится в ужас без конца. Вектор развития событий был абсолютно ясен. И то, что выпущенные на политическую арену и до зубов вооружённые ради свержения Януковича и подавления сопротивления Юго-Востока нацисты, бандиты и просто маргиналы будут разрушать государственность пока не превратят страну в Гуляй-поле; и то, что непримиримые противоречия между идеологизированными нацистами и олигархами-космополитами не дадут возможности создать сильную власть и загнать маргиналитет за Можай, и то, что большая кровь неизбежна в принципе было понятно.

Украинские элитарии никогда не являлись политиками. Они никогда не заботились о государстве и в принципе не понимали, зачем государство им надо. С их точки зрения, государство – забор вокруг территории, на ограбление которой они обладают эксклюзивным правом. Искусство же внешней политики заключается в том, чтобы добиться от окружающих стран бесплатной ресурсной поддержки. Поступающие из-за рубежа финансовые и экономические ресурсы можно разворовывать сразу. Политический ресурс необходимо конвертировать в деньги и также разворовать. Вот и всё нехитрое искусство управления Украиной, практикуемое её элитой.

России необходимо использовать ближайшие годы (вряд ли их будет больше трех относительно спокойных) для укрепления своих позиций на евразийском континенте. Контроль над Евразией, который обеспечивается российско-китайским и российско-европейским союзами, гарантирует от повторных вашингтонских попыток посягательства на мировую гегемонию. 2017 год, с точки зрения создания предпосылок для установления такого контроля, будет критически важен.

Минский формат необходимо будет реализовать, превратив Украину, под лозунгом децентрализации в федерацию настолько мягкую, что правильнее было бы назвать её конфедерацией. Нацистские банды придётся разоружить, даже если они уже считаются регулярными подразделениями вооружённых сил и национальной гвардии. Виновные в военных преступлениях и преступлениях против человечности должны будут ответить перед судом.

Политолог Ростислав Ищенко о разделении Украины на феоды, отношениях между Порошенко и Коломойским и о том, кому сегодня реально принадлежит власть в "самостийной".