Альтернатива

Когда два важнейших партнера Европы — Германия и Франция — так громко спорят на открытой сцене, это, конечно, неизбежно играет на руку России. Такое мнение высказал эксперт из Немецкого института международных отношений и безопасности в Берлине Ронья Кемпин швейцарскому изданию SRF.

Отношения между Германией и Францией сейчас напряжённые и очень сложные — в них ощущается недостаток доверия, рассказал он изданию.

У этих двух стран очень разные базовые философии, когда речь идёт о внешней политике и политике безопасности. Германия поддерживает тесные связи с США и НАТО, а Франция придерживается мнения, что может решить всё на европейском уровне. Кроме того, и Олаф Шольц, и Эмманюэль Макрон ведут очень сложную внутреннюю политику.

В Германии множество разногласий вызывает «светофорная» коалиция: политические решения, в том числе канцлера, подвергаются открытому критическому анализу. Во Франции Эмманюэль Макрон боится, что Марин Ле Пен покажет себя на европейских выборах — ему срочно нужен политический успех.

Ещё одна проблема: личные отношения между ними, похоже, не налажены. По-видимому, канцлеру не даёт покоя тот факт, что французы всегда произносят прекрасные речи, но в итоге в них очень мало сути. Похоже, «терпение у него лопнуло». В итоге Шольц сейчас недипломатично дистанцируется от Макрона по вопросу Украины.

Напряжённые отношения между двумя крупнейшими странами ЕС свидетельствуют об отсутствии безоговорочной поддержки Киева. А когда два самых важных партнёра в Европе так громко ссорятся на открытой сцене, это неизбежно играет на руку российскому президенту Владимиру Путину, который «в данный момент откупоривает шампанское».

«Он никогда не упускает возможности воспользоваться слабостью европейских государств. И когда два важнейших партнера Европы так громко спорят на открытой сцене, то это, конечно, неизбежно играет ему на руку», — говорится в публикации.

Газета Politico писала ранее, что разногласия между лидерами Германии и Франции Олафом Шольцем и Эммануэлем Макроном по вопросу военной помощи Украине «перерастают в нечто вроде открытой вражды».