Альтернатива

Президент США Джо Байден заявил, что после состоявшихся переговоров с лидером КНР Си Цзиньпином не изменил мнение о нем как о «диктаторе».

«Послушайте, ну он и есть. Он диктатор в том смысле, что он парень, который управляет коммунистической страной, правительство которой полностью отличается от нашего», − заявил Байден журналистам в ответ на вопрос, поменял ли он свое мнение после переговоров, его слова приводит РИА Новости.

Также американский президент сообщил, что обсудил с председателем КНР «спектр региональных и мировых проблем». Среди обсуждавшихся тем − спецоперация России на Украине, а также обострение палестино-израильского конфликта. Байден рассказал, что также были затронуты вопросы прав человека, задержанных китайскими властями американцев и действий Китая в Южно-Китайском море.

«Я передал им имена тех, кого мы считаем незаконно задержанными», − заявил президент США, подчеркнув и повторив дважды, что «договоренности об этом достигнуто не было».

Он также отметил, что в ходе переговоров поднималась тема «мира и стабильности в Тайваньском проливе», а также поднимались вопросы давления на китайским бизнес со стороны властей Китая.

Вместе с тем, Байден отметил, что «приветствует позитивные шаги, достигнутые сегодня». «Важно, чтобы мир увидел, что мы сегодня реализуем лучшие традиции американской дипломатии − мы ведем переговоры с нашими конкурентами», − сказал президент США.

Переговоры Джо Байдена и Си Цзиньпина на полях саммита АТЭС в Сан-Франциско стали давно ожидаемой встречей лидеров двух стран и первой в 2023 году. Последние полтора года контакты между Пекином и Вашингтоном практически были сведены к нулю. Кризис в отношениях настал после визита на Тайвань, вопреки протестам КНР, тогдашней спикера палаты представителей Нэнси Пелоси. Проблемы усугубились после обнаружения в воздушном пространстве США китайского аэростата, который Вашингтон счел разведывательным. Постепенное потепление отношений стало возможно лишь несколько месяцев назад, но для полного возобновления коммуникаций, в том числе по оборонной линии, понадобились прямые переговоры лидеров двух стран.